Еврейская глава фотопроекта Моя Украина. Ч. 3 - Jewish News
Время
Закат
Календарь
Календарь

Еврейская глава фотопроекта Моя Украина. Ч. 3

Еврейская глава фотопроекта Моя Украина. Ч. 3

В рамках проекта Радио Свобода «Моя Украина — осознавая себя через память» корреспондент RFE/RL Дэйзи Синделар побывала в шести украинских городах — Киеве, Одессе, Львове, Днепропетровске, Харькове, Ужгороде — и записала семейные истории 14 героев.

Некоторые из них хранятся в коробках из-под обуви, задвинутых в самый дальний угол. Другие аккуратно наклеены на страницы семейных альбомов. Многие утрачены навсегда, уничтоженные из страха или просто от безразличия. Каждая фотография готова поведать свою историю. Бурный XX век на Украине сменился кровавой борьбой за национальное самоопределение страны в современности. Что могут понять люди о самих себе и о своей стране, вглядываясь в старые семейные фотографии?

У трех семей из принявших участие в проекте «Моя Украина» есть еврейская ветвь, и именно о них расскажет JewishNews.com.ua. Это третья и последняя часть «еврейских историй».

Читайте также: Первая часть еврейской главы фотопроекта «Моя Украина»

Вторая часть еврейской главы фотопроекта «Моя Украина»

 

Разменные монеты

Олег Губарь, 61 (Одесса). Историк города.

picture

Я не выделяю себя по национальности или этнической принадлежности. Я гражданин мира, если хотите.

Я был крещен как православный и в духовном смысле считаю себя представителем русской культуры. Хотя, еще раз повторяю, я абсолютно не зациклен на вопросе национальности.

Одесса традиционно является русскоговорящим городом. Хотя до революции большевиков часто приходилось слышать разговоры на идише: каждый третий говорил на этом языке.

picture

Мария Казакова. Одесса

Моя семья, как и многие семьи из Одессы, – смесь разных национальностей и религий.

Моя бабушка по отцовской линии, Мария Казакова, была наполовину еврейкой, наполовину русской православной. Она выросла в семье своей тети, которая была замужем за чиновником районной школы в Одессе.

Бабушка вышла замуж за Льва Губаря, который работал в фрезерной компании со своим отцом, ветераном Первой мировой войны. Семья Губаря считалась частью одесской элиты.

Мария и Лев Губари (оба справа). Одесса, 1916 год, до того, как Лев ушел на фронт Первой мировой войны
Фамилия произошла от слова “губа”, что означает длинная полоса леса. Грибников часто называют “губарями”. Я заядлый грибник, так что все это точно про меня.

Моя бабушка по материнской линии тоже была еврейкой. Мой дед по линии матери был остзейским немцем. Он с группой солдат дезертировал с русско-японской войны и скрылся. Он так и не вернулся.

Позже мы узнали, что он поменял фамилию с Флаштац на Швац, фамилию моей бабушки, чтобы скрыть свое происхождение. Такая у него история. В конце концов я разыскал его имя в архивах.

picture

Евдокия, мать Олега Губаря (справа сзади). Начало 1930-х. Евдокия и ее кузина Лиза (справа внизу) спаслись во время погромов во Второй мировой войне. Двое родственников (слева) умерли в гетто Одессы.

Моя мама, Евдокия, также сохранила имя своей матери. У нее была особая внешность. В школе все дети называли ее японской императрицей.

Ей повезло, что она осталась в живых после Второй мировой войны. Одесских евреев во время оккупации в массовом порядке убивали румыны и немцы. Многих переселили в гетто, и они умирали там под бомбежками, в невыносимых условиях.

Моя мать потеряла почти всю свою семью. Ее самым близким родственником в то время был ее старший брат, которого убили в 1943 году во время наступления на Нижнем Днепре. Его жена и дети умерли в гетто.

picture

Иосиф Губарь с орденом Великой Отечественной войны

Мой отец, Иосиф Губарь, во время Второй мировой войны служил старшим лейтенантом Советской армии. Его наградили орденом после того, как его отряд “рассеял и ликвидировал” четыре немецких взвода.

Моя семья всегда критически оценивала действия правительства, но мы никогда не были среди тех, кого бы я назвал конструктивной оппозицией.

Мы не были апологетами, но и полными хулителями тоже не были. Мы всегда старались смотреть на все рационально и трезво.

Что касается нынешней ситуации, то я могу сказать, что война идет не на Востоке. И уж тем более не в Одессе. Война ведется на гораздо более высоком уровне. А мы, простые люди, являемся всего лишь разменной монетой в большой игре.

Никого не стоить демонизировать в этой войне, потому что наши лидеры одинаково плохие. Каждый думает о своих интересах и каждый другого стоит. Самое плохое в том, что из-за этого умирают много людей.

picture

Удостоверение о службе Иосифа Губаря в Советской армии. Этот документ позволял его матери получать специальные льготы и привилегии – налоговые и на продукты питания.

У меня было много возможностей уехать из Одессы, оставить Украину. Все мои родственники уехали. Мои отец, мать и сестра Инна умерли в США. Мои дядя с тетей тоже умерли там. Все их дети живут в Америке.

Я тут совсем один, но я – шестое поколение уроженцев Одессы. Я не хочу уезжать.

Кто-то должен остаться, чтобы посещать могилы предков.

picture

Евдокия, Инна, Иосиф и Олег Губарь плавают в Хаджибейском лимане за Одессой. Середина 1950-х годов

И вообще, это мой город. Мне другой не нужен. Моя бабушка, учитель, младшая сестра моего отца, Ольга, в честь, которой меня назвали, многие другие – все они похоронены здесь. Я хочу быть с ними.

Община