Календарь
Календарь
Недельная глава:
Вэзот-Абраха
Община 07 Октября 2015, 10:09

Нужно написать большими буквами: ЭТО МЕСТО РАССТРЕЛОВ

время Время прочтения: 7 мин.
Нужно написать большими буквами: ЭТО МЕСТО РАССТРЕЛОВ

Анатолий Петрович Шенгайт — исполнительный директор Киевской городской еврейской общины, член Координационного совета Еврейской Конфедерации Украины.

Как родилась идея создания вашей организации?

Важно сказать, что я не первый директор этой организации. Более того, я ее не создавал. Когда эта организация создавалась, я работал главным инженером проектов в научно-исследовательском институте. Волею судеб я оказался постановщиком пуримшпиля, который делала еврейская школа.

Уже после этого судьба привела меня в еврейский лагерь, а уже потом я оставил свою работу и попал в еврейскую школу. Это была цепочка событий, в итоге которой я оказался директором этой организации.

Сама организация была создана в период, когда начался еврейский ренессанс, признаком этого ренессанса стало многообразие и многоликость еврейских структур, которые были созданы при обретении Украиной независимости. Тогда происходил настоящий всплеск, всем хотелось что-то делать, создавать. Некоторые организации все еще благополучно существуют, другие остались только в реестре Минюста.

Само понятие городской общины — достаточно сомнительная дефиниция, поскольку традиционная еврейская община всегда складывалась вокруг синагоги. Но сама идея создания иного объединения евреев кроме традиционного не нова. Получилось так, что появилась масса организаций, которые решили представлять интересы евреев безотносительно к их принадлежности к той или иной религиозной структуре. Параллельно возникла идея создания обществ еврейской культуры, во главе процесса стоял Илья Михайлович Левитас, и городских и областных общин, этот план поддерживал ВААД в лице Иосифа Зисельса.

В конечном итоге такая структура была создана и здесь. Наш устав не менялся за все эти годы, мы только внесли к нему дополнения. Первая строка устава говорит о том, что мы должны содействовать развитию иных еврейских организаций, будь то молодежные, ветеранские или любые другие объединения евреев. Перед нами стоит задача быть инкубатором для еврейских инициатив. Это тот флаг, с которым организация была создана.

Вы свидетель развития еврейской жизни Киева с момента независимости. Что изменилось в общине за это время?

Я приведу вам простой пример. На протяжении многих лет я прихожу на первый звонок в одну из еврейских школ города, я все еще иногда преподаю там. В школу уже пришли дети наших первых учеников. Это кардинальное изменение, качественное. Оно многое говорит о том, что происходит с общиной сейчас.

Мы имеем дело с новой общиной, с общиной с абсолютно другим лицом. Тут и изменения, связанные как с отъездом, так и с приездом ранее отъехавших. Кроме того, пришло новое поколение тех, кто знают о еврействе очень многое, они прошли еврейские школы, пожили в Израиле на Масе. Эта молодежь сама может разъяснить, что такое капарот и когда какую молитву читать.

Руководителям еврейских организаций нужно стараться учитывать эти вещи и соответствовать вызовам времени. Это как фирма, которая продает товары и оказывает услуги, но не следит за рынком. А что же вы продаете логарифмические линейки, когда все уже работают за ноутбуками?

Насколько реально построить в Киеве общину на полном самообеспечении?

На самом деле, очень большая доля бюджета еврейских организаций Киева уже обеспечивается за счет местных спонсоров. Это касается и религиозных, и светских еврейских организаций. Эти изменения уже идут.

При этом сложно говорить о том, когда доля местных денег в бюджетах организаций составит сто процентов. Но хочу привести пример: за последнее время возникло несколько молодежных еврейских инициатив. Это организации, которые существуют полностью за свой счет. Более того, они собирают деньги и проводят регулярные благотворительные акции, помогают нуждающимся и больным детям. Новое поколение склонно обеспечивать себя и немножко давать другим. Тенденция есть, и это радует.

Недавно в Киеве отмечалась 74-ая годовщина Бабьего Яра, проходили конференции, круглые столы, посвященные вопросу сохранения памяти об этой трагедии. Почему там до сих пор ничего не построили? Ведь планы у еврейской общины города были. Вы можете рассказать эту историю от первого лица…

Это не первая наша беседа на эту тему с вами… Вы знаете, что я в свое время приобщился к знаменитому проекту еврейского общинного центра в районе Бабьего Яра. Дело было в 98-99 годах; в какой-то момент нас, представителей еврейских организаций города, пригласили на встречу по очень важному вопросу. Встреча проходила в общинном центре «Подсолнух», который когда-то располагался на первом этаже в здании Соломонова университета. Там собралось солидное общество, присутствовал лично ректор университета Александр Ильич Розенфельд, человек глубокого аналитического ума.

И вот на стол выложили большую карту, из чего я сделал вывод, что имеется рояль в кустах. Началось обсуждение идеи строительства этого центра. Мы были несколько удивлены, потому что сами понимаете, место такое, непростое. Но с другой стороны — идея организации места для поминовения, учебы… Очень здорово выступали организаторы этого проекта, они ведь действительно хотели только хорошего. Но вдруг прозвучала реплика от Александра Ильича: «Ребята, а нельзя куда-то в другое место сдвинуть? Уж больно тут…». Он просто высказал свое личное мнение, но прошло уже множество лет, а я его до сих пор помню. Все в конечном итоге вернулось именно к этой фразе. На этой почве были ужасные конфликты, была потрачена масса времени…

Может быть, семьдесят пять лет недостаточный промежуток времени, чтобы принимать такие ответственные решения…. У математиков есть понятия необходимости и достаточности. Я бы поставил вопрос так: что необходимо сделать для того, чтобы это место было достойным памяти погибших людей, и что достаточно для того, чтобы увековечить эту память. На вторую часть ответить невозможно, мне кажется, что промежуток времени чересчур маленький. А вот на первый вопрос ответить можно и нужно.

Важно, что еврейская община приходит в Бабий Яр ежегодно не 29 сентября, а накануне Йом-Кипура, по еврейскому календарю. В этом году мы ходили 22 сентября, проводили небольшой митинг. Так вот, необходимо построить забор, потому что во время наших митингов мимо зачастую пробегают спортсмены, которые там просто тренируются. Мы далеки от мысли, что они не уважают нас, они просто знают, что это парк. Там гуляют мамы с колясками и детьми. Я, честно говоря, не знаю, правильный ли это выбор места для прогулок. Я думаю, что большинство людей далеки от мыслей о прогулках с детьми по кладбищам, по крайней мере я бы не пошел.

Повторюсь, нужно построить забор. На нем нужно написать большими буквами: «Это место расстрелов». Когда это огорожено, когда висят такие предупреждающие знаки, это уже обращает внимание людей. Человек уже не пойдет туда просто так погулять. Вот это то, что нужно сделать сейчас. По тому, что я знаю от моего коллеги, руководителя Национального историко-мемориального заповедника «Бабий Яр» господина Глазунова, сегодня на месте заповедника находится порядка двадцати пяти памятников и памятных знаков. Конечно, нужно проверить, какие из них попадут в официально выделенные границы, но уже есть двадцать пять памятников, может быть хватит…

А рядом, на Мельникова 44, была хевра кадиша. Там сложная ситуация, идет суд. Это здание нужно отдать заповеднику постановлением Кабмина. Кстати, есть постановление Верховного Совета Украины, которое этот момент предусматривает. Дом нужно отдать. Помещения внутри хватит для того, чтобы развернуть достаточную экспозицию о том, что там произошло. Учитывая современные электронные средства, для этого не нужно много площади. У нас есть мощнейшие силы в Киеве, большие специалисты, которые могут сделать этот музей очень и очень качественным.

Все можно сделать без огромных финансовых вложений в сомнительные здания. Я бы сказал, что нужно сделать те вещи, которые не вызывают сомнений у общества. Есть такое понятие консенсус…

В таком сценарии мы оставим следующим поколениям право выбора, право самим принять решения. Мы же, со своей стороны, предлагаем базис — огражденную территорию и начальный вариант экспозиции с помещением. Поэтому, повторюсь, предлагаю ничего не строить, не тратить ни денег, ни нервов, ни сил…