Календарь
Календарь
Недельная глава:
Шофтим

Сакральное семя

Сакральное семя

Режиссер документальных фильмов Ори Грудер решил рассказать, почему ультраортодоксальные последователи иудаизма настолько яростно выступают против «пролития семени впустую».

Ори начал истово соблюдать ультраортодоксальные обычаи 13 лет назад и именно тогда столкнулся со строгим религиозным запретом, который ставит в жесткие рамки любого юношу и взрослого мужчину. Грудер, который в целом знал о запрете «пролития семени впустую», был удивлен тем, насколько строги иудеи к такому виду мужского удовлетворения. Ему не оставалось ничего иного, как изо всех сил постараться искупить грех, который он в свое время не раз совершал. В своем новом фильме под названием «Сакральное семя» он рассказывает о множестве вариантов покаяния, которые он испробовал.


«Я сидел в микве, наполненной кубиками льда, много постился, передавал большие суммы на благотворительность и до сих пор каждый год езжу к горе Хермон и лежу в снегу ее склонов», — рассказывая все это, он снимает одежду и, обнаженный, начинает кататься по снегу и молить небо об очищении.

В документальном фильме, который был показан в начале февраля в Иерусалиме и Тель-Авиве, Грудер исследует иудейские запреты на онанизм и наконец-то выносит на обсуждение тему, которая негласно считается среди ультраортодоксов запретной. В частности, он говорит о том, насколько сложно соблюдать этот запрет холостым мужчинам, разговаривает с раввинами о причинах появления этого запрета, а также задает харедим-мужчинам вопросы о том, как в таких условиях воспитывать мальчиков.


К примеру, он спрашивает у своего друга, раввина Исраеля Аарона Ицковича — вижницкого хасида и харедим от рождения, — видел ли тот когда-либо сперму. «Где бы я ее увидел? Ну где?» — смеется тот. «Как же можно объяснить ребенку мир, если ты не знаешь, что появляется из твоего собственного тела?!», — в ответ удивляется Грудер.


Как объясняет этот момент Ицкович, детское образование основывается, среди прочего, на привитии правильных привычек — и первая их них заключается в том, что ребенок не должен ни смотреть на свои половые органы, ни прикасаться к ним. «Почему так? Да потому что глаз увидит, а сердце возжелает, и этого достаточно для зарождения действия, — объясняет он. — Хасиды с самого рождения учат сдерживать себя — другими словами, держать руки при себе».

Грудер с удивлением узнает, что мальчики-харедим должны справлять маленькую нужду, не держа половой орган в руке, и что с 13 лет самые рьяные ультраортодоксальные иудеи носят особое длинное и очень широкое нижнее белье, в котором они могут мочиться, не прикасаясь к тому, что-трогать-

Но все эти ограничения все же не могут помешать тому, чему должны помешать. Грудер интересуется, как быть мальчикам, у которых, даже несмотря на соблюдение всех этих правил, появляется эрекция. «Они сжимают кулаки так сильно, что ногти впиваются в ладонь, поднимаются на носки, делают расслабляющие упражнения, дожидаются, когда пройдет, и дальше занимаются своим делом», — отвечает Ицкович так, будто говорит о чем-то совершенно обычном. «Эти советы тебе давали, когда ты был подростком?», — удивленно спрашивает Грудер. «Еще помогают глубокие вдохи и выдохи. Можно еще попрыгать и быстро походить», — добавляет Ицкович.


Премьера документального фильма «Сакральное семя», который был снят при поддержке телевизионного канала Channel 8, состоялась в декабре прошлого года на Фестивале еврейских фильмов в Иерусалиме. Его создатели уже подписали контракт на прокат картины в кинотеатрах США — большой успех для израильского документального кино. Благодаря своей принадлежности к миру ультраортодоксов, Грудер без особого труда попадает в достаточно закрытое сообщество харедим. Руководствуясь своим творческим чутьем, режиссер освещает самые тонкие моменты, которые находятся под негласным табу в этих общинах. Его талант и мирское прошлое помогает перевести рассказ на понятный непосвященным зрителям язык.

В фильме Грудер беседует с раввинами, которые рассказывают, насколько на самом деле ужасен грех онанизма и как ультраортодоксы объясняют его детям и подросткам, которым ради религии приходится идти против зова природы. «По-моему, это самый главный вопрос и фильма в целом, и всех людей в частности: как мы справляемся с чем-то, что противоречит законам, которым нас учат, — говорит Грудер. — К этому вопросу нельзя подходить с хлыстом, и сегодня наставники харедим это понимают. Сейчас подход такой: если кто-то упал, не нужно пытаться скрыть факт этого падения, нужно подойти и поговорить на эту тему, потому что проблему уже видят все».

Хоть Грудер и выглядит, как настоящий ультраортодокс, а в его разговоре то и дело проскальзывают цитаты из галахического права и высказывания раввинов, его мирское прошлое просвечивается вполне отчетливо. И Ори совершенно не собирается его маскировать. Рассказывая о вещах, которые вдохновили его на создания картины, он с улыбкой говорит: «Когда я работал над “Сакральным семенем”, я посмотрел серию сериала “Сейнфелд” — там герои на спор решили не мастурбировать и посмотреть, кто продержится дольше всех».

Грудер родился в Герцлии в 1970 году, отслужил в армии, отправился путешествовать по миру и изучал кино в Тель-авивском университете. Он стал истовым верующим в 30 лет, спустя два года после того, как устроился работать в телевизионной индустрии.


«Мне не хватало внутренней умиротворенности, — говорит он. – Я не мог найти покой, не мог расслабиться. Что-то внутри меня кипело, и я не знал, как это унять». Поворотным моментом стала творческая командировка в украинский город Умань. «Меня очень поразило то, что я там увидел. Я мало что знал о раввине Нахмане из Брацлава, но когда я туда приехал, то получил мощнейший заряд. Именно его мне все это время не хватало в мире, где я жил: этого чувства тепла и любви, которое царит в еврейской общине». [Раввин Нахмане — цадик, живший в 18-м веке, похоронен в Умани. Его могила стала местом паломничества сотен хасидов на Рош ха-Шана – прим.ред.].


Удовлетворение желания

Когда Грудер стал по-настоящему религиозным человеком, тоска прошла. «Мне кажется, каждого художника всегда что-то беспокоит, и он делится своим беспокойством с миром», — говорит режиссер, вспоминая, что став верующим, он ушел с ТВ-канала, отказался от нескольких хороших предложений по работе и посвятил себя изучению религии. Но это спокойствие продолжалось не дольше года. «Раввины, которые выступали моими наставниками, в какой-то момент поняли, что мне нужно было вернуться к работе, потому что это внутреннее кипение стало возвращаться, — рассказывает Грудер. — К счастью, был один раввин, который меня понял. Он тогда сказал, что мне нужно вернуться к своему занятию, иначе я не смогу снова быть спокойным. Мне тоже казалось, что внутри меня что-то горит, и что мне было нужно что-то большее. Тот раби сказал мне: “Тебе нужно снова делать то, что ты раньше делал”».


Вот как Грудер получил хетер (религиозное разрешение) вернуться в кино. Сегодня он является одним из последователей хасидского учения раввина Нахмана из Брацлава. Грудер женат, у него шестеро детей и вся его семья живет в Эладе, в центральной части Израиля. Все его фильмы, так или иначе, касаются темы религии, иудаизма и веры и ориентированы на обычного, «мирского» зрителя.


Грудер говорит, что его решение снимать кино для широкой аудитории — это способ остаться на связи с миром, который он в свое время оставил. «Я не порвал отношения с друзьями», — говорит он. Ори также общается с продюсерами Галитом Бенгласом и Идо Цукерманом, с которыми он работал на Zoom Productions — именно они в свое время посоветовали ему воспользоваться связями с общиной ультраортодокосов и предложить соответствующую тему Channel 8. Но когда друзья сказали, что получили разрешение на съемки «Сакрального семени», Грудер испугался и очень засомневался в том, что раввины позволят снимать фильм на такую тему. Не без страха, он обратился к ним, и те стали говорить, что тема на самом деле очень деликатная, неоднозначная и сложная, и, вполне возможно, он не найдет ни одного харедим, который согласится ее обсудить. Но фильм снимать разрешили.

«Мне кажется, что они дали добро из-за современных реалий, — говорит он. — Раньше на эту тему говорить было просто невозможно. Но сегодня юноши-харедим могут найти все, что угодно, просто нажав пару кнопок на телефоне. И это все меняет. Мир ультраортодоксов напоминает закрытый парник, если что-то плохое попадет внутрь, оно может достаточно быстро нанести огромные разрушения. Я полагаю, что раввины почувствовали, что пришло время им открыто поговорить на такие темы».


Грудер говорит, что за последние несколько недель много харедим скачали и посмотрели фильм, и сейчас он расходится по WhatsApp-группам студентов иешив, как лесной пожар. «Среди ультраортодоксов нет ни одного человека, кто не слышал бы о фильме», — говорит Грудер. Эта картина обнаружила еще один непростой факт, с которым раввины теперь должны как-то разобраться. Проблема эта заключается в том, что многие харедим читают и смотрят видео в интернете, несмотря на то, что ультраортодоксальная система категорически это запрещает.


Оригинал: Haaretz
Перевод: Ганна Руденко

Община