Календарь
Календарь
Недельная глава:
Ноах
Община 20 Февраля 2015, 09:32

Сакральное семя

время Время прочтения: 8 мин.
Сакральное семя

Режиссер документальных фильмов Ори Грудер решил рассказать, почему ультраортодоксальные последователи иудаизма настолько яростно выступают против «пролития семени впустую».

Ори начал истово соблюдать ультраортодоксальные обычаи 13 лет назад и именно тогда столкнулся со строгим религиозным запретом, который ставит в жесткие рамки любого юношу и взрослого мужчину. Грудер, который в целом знал о запрете «пролития семени впустую», был удивлен тем, насколько строги иудеи к такому виду мужского удовлетворения. Ему не оставалось ничего иного, как изо всех сил постараться искупить грех, который он в свое время не раз совершал. В своем новом фильме под названием «Сакральное семя» он рассказывает о множестве вариантов покаяния, которые он испробовал.


«Я сидел в микве, наполненной кубиками льда, много постился, передавал большие суммы на благотворительность и до сих пор каждый год езжу к горе Хермон и лежу в снегу ее склонов», — рассказывая все это, он снимает одежду и, обнаженный, начинает кататься по снегу и молить небо об очищении.

В документальном фильме, который был показан в начале февраля в Иерусалиме и Тель-Авиве, Грудер исследует иудейские запреты на онанизм и наконец-то выносит на обсуждение тему, которая негласно считается среди ультраортодоксов запретной. В частности, он говорит о том, насколько сложно соблюдать этот запрет холостым мужчинам, разговаривает с раввинами о причинах появления этого запрета, а также задает харедим-мужчинам вопросы о том, как в таких условиях воспитывать мальчиков.


К примеру, он спрашивает у своего друга, раввина Исраеля Аарона Ицковича — вижницкого хасида и харедим от рождения, — видел ли тот когда-либо сперму. «Где бы я ее увидел? Ну где?» — смеется тот. «Как же можно объяснить ребенку мир, если ты не знаешь, что появляется из твоего собственного тела?!», — в ответ удивляется Грудер.


Как объясняет этот момент Ицкович, детское образование основывается, среди прочего, на привитии правильных привычек — и первая их них заключается в том, что ребенок не должен ни смотреть на свои половые органы, ни прикасаться к ним. «Почему так? Да потому что глаз увидит, а сердце возжелает, и этого достаточно для зарождения действия, — объясняет он. — Хасиды с самого рождения учат сдерживать себя — другими словами, держать руки при себе».

Грудер с удивлением узнает, что мальчики-харедим должны справлять маленькую нужду, не держа половой орган в руке, и что с 13 лет самые рьяные ультраортодоксальные иудеи носят особое длинное и очень широкое нижнее белье, в котором они могут мочиться, не прикасаясь к тому, что-трогать-

Но все эти ограничения все же не могут помешать тому, чему должны помешать. Грудер интересуется, как быть мальчикам, у которых, даже несмотря на соблюдение всех этих правил, появляется эрекция. «Они сжимают кулаки так сильно, что ногти впиваются в ладонь, поднимаются на носки, делают расслабляющие упражнения, дожидаются, когда пройдет, и дальше занимаются своим делом», — отвечает Ицкович так, будто говорит о чем-то совершенно обычном. «Эти советы тебе давали, когда ты был подростком?», — удивленно спрашивает Грудер. «Еще помогают глубокие вдохи и выдохи. Можно еще попрыгать и быстро походить», — добавляет Ицкович.


Премьера документального фильма «Сакральное семя», который был снят при поддержке телевизионного канала Channel 8, состоялась в декабре прошлого года на Фестивале еврейских фильмов в Иерусалиме. Его создатели уже подписали контракт на прокат картины в кинотеатрах США — большой успех для израильского документального кино. Благодаря своей принадлежности к миру ультраортодоксов, Грудер без особого труда попадает в достаточно закрытое сообщество харедим. Руководствуясь своим творческим чутьем, режиссер освещает самые тонкие моменты, которые находятся под негласным табу в этих общинах. Его талант и мирское прошлое помогает перевести рассказ на понятный непосвященным зрителям язык.

В фильме Грудер беседует с раввинами, которые рассказывают, насколько на самом деле ужасен грех онанизма и как ультраортодоксы объясняют его детям и подросткам, которым ради религии приходится идти против зова природы. «По-моему, это самый главный вопрос и фильма в целом, и всех людей в частности: как мы справляемся с чем-то, что противоречит законам, которым нас учат, — говорит Грудер. — К этому вопросу нельзя подходить с хлыстом, и сегодня наставники харедим это понимают. Сейчас подход такой: если кто-то упал, не нужно пытаться скрыть факт этого падения, нужно подойти и поговорить на эту тему, потому что проблему уже видят все».

Хоть Грудер и выглядит, как настоящий ультраортодокс, а в его разговоре то и дело проскальзывают цитаты из галахического права и высказывания раввинов, его мирское прошлое просвечивается вполне отчетливо. И Ори совершенно не собирается его маскировать. Рассказывая о вещах, которые вдохновили его на создания картины, он с улыбкой говорит: «Когда я работал над “Сакральным семенем”, я посмотрел серию сериала “Сейнфелд” — там герои на спор решили не мастурбировать и посмотреть, кто продержится дольше всех».

Грудер родился в Герцлии в 1970 году, отслужил в армии, отправился путешествовать по миру и изучал кино в Тель-авивском университете. Он стал истовым верующим в 30 лет, спустя два года после того, как устроился работать в телевизионной индустрии.


«Мне не хватало внутренней умиротворенности, — говорит он. – Я не мог найти покой, не мог расслабиться. Что-то внутри меня кипело, и я не знал, как это унять». Поворотным моментом стала творческая командировка в украинский город Умань. «Меня очень поразило то, что я там увидел. Я мало что знал о раввине Нахмане из Брацлава, но когда я туда приехал, то получил мощнейший заряд. Именно его мне все это время не хватало в мире, где я жил: этого чувства тепла и любви, которое царит в еврейской общине». [Раввин Нахмане — цадик, живший в 18-м веке, похоронен в Умани. Его могила стала местом паломничества сотен хасидов на Рош ха-Шана – прим.ред.].


Удовлетворение желания

Когда Грудер стал по-настоящему религиозным человеком, тоска прошла. «Мне кажется, каждого художника всегда что-то беспокоит, и он делится своим беспокойством с миром», — говорит режиссер, вспоминая, что став верующим, он ушел с ТВ-канала, отказался от нескольких хороших предложений по работе и посвятил себя изучению религии. Но это спокойствие продолжалось не дольше года. «Раввины, которые выступали моими наставниками, в какой-то момент поняли, что мне нужно было вернуться к работе, потому что это внутреннее кипение стало возвращаться, — рассказывает Грудер. — К счастью, был один раввин, который меня понял. Он тогда сказал, что мне нужно вернуться к своему занятию, иначе я не смогу снова быть спокойным. Мне тоже казалось, что внутри меня что-то горит, и что мне было нужно что-то большее. Тот раби сказал мне: “Тебе нужно снова делать то, что ты раньше делал”».


Вот как Грудер получил хетер (религиозное разрешение) вернуться в кино. Сегодня он является одним из последователей хасидского учения раввина Нахмана из Брацлава. Грудер женат, у него шестеро детей и вся его семья живет в Эладе, в центральной части Израиля. Все его фильмы, так или иначе, касаются темы религии, иудаизма и веры и ориентированы на обычного, «мирского» зрителя.


Грудер говорит, что его решение снимать кино для широкой аудитории — это способ остаться на связи с миром, который он в свое время оставил. «Я не порвал отношения с друзьями», — говорит он. Ори также общается с продюсерами Галитом Бенгласом и Идо Цукерманом, с которыми он работал на Zoom Productions — именно они в свое время посоветовали ему воспользоваться связями с общиной ультраортодокосов и предложить соответствующую тему Channel 8. Но когда друзья сказали, что получили разрешение на съемки «Сакрального семени», Грудер испугался и очень засомневался в том, что раввины позволят снимать фильм на такую тему. Не без страха, он обратился к ним, и те стали говорить, что тема на самом деле очень деликатная, неоднозначная и сложная, и, вполне возможно, он не найдет ни одного харедим, который согласится ее обсудить. Но фильм снимать разрешили.

«Мне кажется, что они дали добро из-за современных реалий, — говорит он. — Раньше на эту тему говорить было просто невозможно. Но сегодня юноши-харедим могут найти все, что угодно, просто нажав пару кнопок на телефоне. И это все меняет. Мир ультраортодоксов напоминает закрытый парник, если что-то плохое попадет внутрь, оно может достаточно быстро нанести огромные разрушения. Я полагаю, что раввины почувствовали, что пришло время им открыто поговорить на такие темы».


Грудер говорит, что за последние несколько недель много харедим скачали и посмотрели фильм, и сейчас он расходится по WhatsApp-группам студентов иешив, как лесной пожар. «Среди ультраортодоксов нет ни одного человека, кто не слышал бы о фильме», — говорит Грудер. Эта картина обнаружила еще один непростой факт, с которым раввины теперь должны как-то разобраться. Проблема эта заключается в том, что многие харедим читают и смотрят видео в интернете, несмотря на то, что ультраортодоксальная система категорически это запрещает.


Оригинал: Haaretz
Перевод: Ганна Руденко